Левруша

Грузовик, пересекающий уже не первую тысячу километров, на протяжении месяца улавливающий дальний сигнал, наконец подобрался к цели. На протяжении всего пути учёный и его ученик проезжали поля и огибали моря, запасались провизией в лесах и заправляли грузовик на электродвигателе в редких ветренных зонах. Наспех сооружённый ветрогенератор отлично служил двум путешественникам. На самом деле они могли бы приехать и за пару недель, но каждый из них был в неописуемом впечатлении от нового мира. Они жарили дикую кабанятину, ловили бабочек, собирали образцы растений и пресной воды, в общем — работали во всех новых открывшихся им направлениях исследовательских наук. И, как каждый уважающий себя куроградец, они не могли остановиться. Однако, последнее время они претерпевали неприятные условия. Воздух стал теплее и суше, земля местами была без травы и в трещинах. Дикорастущие акации сменились пальмами, а пальмы сменились исполинискими кактусами. В конце-концов, местность стала настолько сухой, что они начали утопать в пустынном песке. — Грузовик не внедорожник — прокряхтел учёный. — Осталась сотня километров. С нашими запасами осилим пешком. Проверь направление! — П-простите... — промычал помощник — ...но его нет. — Как это? Они отключили сигнал? Но зачем, мы же посылали ответный! Мы вчера всё проверяли! Вдали послышался гул моторов. Молодой засёк сигнал с радара: — Одна, две... Куча машин! Внедорожники! — Они заметили нас! Спасены! Но почему их так много? Через несколько минут внедорожники подъехали к двум исследователям: — Посольство южной Зонтопии. Назовитесь! — вышедший из машины представитель не испугался своих сородичей, но точно не ожидал встретить их в такой ситуации. — Куромару старший с учеником Куромэйро! — Куромэйро Вторым, учитель! — недовольно отозвался ученик. — Нечего тут вельможничать! Мы с Пиковых Полигонов! Ехали за сигналом! Что с остальными? — Мы не знаем, но тут делать точно нечего. Мы вычислили координаты Курограда. Вытащим ваш грузовик и поехали с нами. У нас ещё гражданские, если вы не против, разместим десяток у вас. У нас перегрузка. — Конечно! Но что случилось? — Поехали, по дороге вам всё расскажу — ответил представитель и погнал зонтопийцев из машин... * * * После Катаклизма, раздробившего страну на две части, Зонтопия стала, по сути, двумя городами, разнесёнными на сотни километров друг от друга. В первые дни и там и там вспыхивали бунты и разбои. Что касается южной части, здесь сохранилось практически всё верховное духовенство. Так уж повезло, что и Алебард, и Пасгард, и даже новая правая рука Алебарда — "трефовая дама" Клео оказались в южной части государства. Всё потому что здесь располагался главный храм поклонения Зонтику и на тот момент там проходила довольно важная молитва, требующая присутствия всех важных лиц. Так же на молитве присутствовали одни из самых преданных вере прихожан, потому довольно просто было подавить бунты ещё в первую неделю и разбираться с новой ситуацией. Ситуация была плачевной — вся Южная Зонтопия оказалась посреди пустыни, а единственный клочок земли — огромный оазис, переходящий в леса и территорию Северной Зонтопии. И ничего бы, но странный купол покрывающий всю протяжённость до Северной Зонтопии, не внушал безопасности. Он был проницаем и многие устремлялись к оазису чтобы набрать воды, но вот только часть жителей не вернулась, и никто не смог отправиться в Северную Зонтопию и вернуться назад с новостями. Они были отрезаны друг от друга. Никто не понимал что за напасть в этом Куполе и страна начала полниться недовольством. По стечению обстоятельств располагающееся в Южной Зонтопии, посольство Курограда занималось новыми исследованиями: — Здравствуйте, Алебард, Клеопатра, духовная интеллигенция. — горделиво обращался представитель к главам иссохшей страны. — Так как город расположен недалеко от оазиса, окружающий воздух наполнен молекулами воды. Наш новейший водогенератор собирает молекулы из воздуха и может образовывать воду! Учёный хлопнул по кнопке и вода, капля за каплей начала собираться в горшочек. — Один такой производит литр воды в час, но если мы установим огромный водогенератор прямо у купола, теоритически напоим весь город! Алебард и Клео смотрели на изобретение, кривясь. Да, это эффективное и простое решение. Но что скажут прихожане? Что Зонтик не может решить эту проблему, а иностранцы смогли? Правители решили повременить. Однако воды становилось всё меньше, запасы иссякали, люди всё чаще уходили к оазису и исчезали не вернувшись. Влюблённые пары рушились из-за пропаж, а дети сиротели, не дождавшись родителей. Напасть стала настолько серьёзной, что интеллигенция начала давить на Алебарда и Клео. — Почему Зонтик не слышит наши молитвы? — Что нам делать? — А завтра и нас туда отправят! — Тогда пусть они идут сами и разбираются! Пусть Зонтик разберётся! — Пусть Зонтик разберётся! — Пусть Зонтик разберётся! Делать было нечего. Алебарда вместе с Клео буквально вытолкнули в Купол оазиса. Не было никакого резона говорить о пропаже Зонтика, ведь вполне вероятно что того просто отрезало и он прямо сейчас находится в северной части. Конечно же, им было страшно, но они хорошо подготовились. Целый отряд защитников морали отправилась с правителями Южных земель. Алебард вошёл первый. После него папахи и Клео спокойно прошли через Купол, вместе они дошли до оазиса и без проблем набрали воды в припасённые вёдра. Вокруг не было ничего, кроме спокойного озера, пальмовых деревьев и пучков дикой травы. Но как только они собрались вернуться, неподалёку возникла странная, но очень знакомая фигура. Когда как дама и стражники смотрели на этого человека с совершенным непониманием на лицах, архибрат был шокирован и чуть ли не заплакал, удержав шальные слёзы... Перед ними стоял Зонтик. Совершенно обычный, будто бы никогда не исчезавший Зонтик. — Зонтик! Господин! Разве вы не должны быть в Северной Зонтопии? Здесь опасно, прошу вас, вернитесь к нам! — Я Зонтик, простите, а откуда вы знаете моё имя? А вас как зовут? — Господин, разве вы не помните меня? Это я, Алебард, ваша правая рука, первый министр Зонтопии! — Зонтопии? Что-то припоминаю... — валет прищурился, словно пытался вглядеться в пустоту — у меня что-то с головой... Алебард... А позади тебя Клео, да? — Да... Вы вспоминаете! Всё будет хорошо! Нужно лишь вернуть вас! Веди нас, Клеопатра! Клео послушно развернулась, честно говоря особо не понимая развившуюся ситуацию. Ей было жутко находиться здесь, зная что в любой момент неизвестное чудище или явление может забрать их жизни. — Я так рад, что вас встретил! Я мало что помню, всё как в тумане, ко мне приходил... Кто-то... Я правда так плохо всё помню! Алебард шёл рядом с Зонтиком но, когда Клео и несколько папах выбралось из купола, Зонтик впечатался прямо лбом в стеклянную плёнку. — Господин Зонтик, так значит... вы заперты здесь? Может, используете свой чудесный Генератор чтобы выбраться? Зонтик запустил руку в карман робы: — Да, Алебард, ты прав! Я просто... Просто... Зонтик рылся в своих карманах, за шиворотом, в капюшоне, под ней, но ничего не было. Генераторов больше нет. — Его нет... И там нет... И тут нет... Его у меня нет. ГЕНЕРАТОРА У МЕНЯ НЕТ! Зонтик, подёргиваясь, начал дрожать словно бы всем телом, немного изменяясь с каждой дрожью. Купол дрогнул и затянулся непроницаемой для взгляда зеленцой. — Нет, нет, нет... — Волосы начали виться, стали зеленеть. — НЕТ, НЕТ, НЕТ... — Форма лица изменилась, он начал становиться выше... — НЕ... Кхехе... Ха-ха-ха-ха-ха! — Роба превратилась в строгий костюм, а капюшон сменила шапка шута. Перед Алебардом стоял не Зонтик. Это был Джокер собственной персоной. Такой же неизменённый, как и сам Зонтик. Такой же беспамятный, желающий одного — скорой погибели жалких жителей рядом. — И-хи-хи-хи-хи! — Через мгновение весь купол затянулся едкой дымкой. Люди снаружи не смогли увидеть что-либо даже во время его изменения, но могли услышать последние, предсмертные вскрики Алебарда и остальных не успевших выйти. Как только стены купола вернули свою прозрачность, земля была украшена быстро высыхающими и впитывающимися в землю кровавыми подтёками. Те папахи, что остались с трефовой дамой, подхватили её и понеслись прочь. Сама Клеопатра просто смотрела в пустоту, не до конца осознавая происходящее и бормоча про себя несвязные речи. Тем же вечером перед народом был понесён траур перед Алебардом. Слегка пришедшая в себя Клео вещала: — Мне жаль того, что произошло с Алебардом. Но поймите. Он ошибался! Его сердце прогнило а разум захватил прогресс! В этом лесу живёт Зонтик. И он недоволен нами! Хранитель Воды не чудовище, а каратель нечистых на душу! Наука — лишь рудимент, мешающий вере и плодящий ещё больше неугодных! С этого момента я, ваша Архисестра, признаю это. Мы служим Зонтику, Хранителю Воды посреди пустыни. Несогласные будут изгнаны! Куроградцам был дан день на выезд. Множество несогласных отправились с ними, в надежде добраться до Курограда и влажных земель. * * * Глубокой ночью на границе Купола, что окружал Оазис и Волшебный Лес, обезумевший Зонтик-Джокер, в обличии злодея, беспомощно колотился в прозрачную плёнку. — ТВАРЬ! КАК! Я! НЕНАВИЖУ... СЕБЯ! Словно загнанный в угол зверь, Джокер-форма взвыла и растворилась, обнажая образ Зонтика, на удивление ясный и сдержанный. — Сердце — это мой Генератор. После этой фразы он, обмякнув, рухнул на землю, а из тела понеслись искры незаметной глазу силы. Купол стал ещё немного прочнее.

Бернадетт уже давненько не убиралась на своём чердаке. Она любила иногда возиться с вещами тут, пока не стала министром и времени стало не хватать. В самом деле, работа министром, особенно в нынешнее время, не доставляла Бернадетт никакого удовольствия. Поначалу было весело, а сейчас все эти отчёты, бумаги, никакой самодеятельности... Эхх! Бернадетт решила взять перерыв и хорошенько всё обдумать на своём любимом чердаке. Протирая уже довольно стойкий слой пыли с различной утвари, которой не нашлось место в домике, Бернадетт заметила в углу какой-то странный сундучок. Он был примерно полтора метра в ширину, что удивительно, ведь она совсем не помнила как его подняла сюда. Она попыталась его открыть, но тот был заперт, а крышка не поддавалась. Оскорблённая таким вопиющим нарушением фен-шуя, Бернадетт решилась обратиться к друзьям посильнее, что смогли бы вытащить такой вычурный сундук из её прекрасного угла. Недолго думая, сундук выкинули во двор и решили вскрыть позже, тоже отправившись наводить порядок. Однако, когда работники вернулись, сундук уже был открыт. На внутренней стороне крышки лишь торчали стальные шпингалеты... * * * Вару со всех ног улепётывал по улицам города. Тот не понимал, как он оказался заперт изнутри сундука, почему пробудился только когда его выкинули на улицу, вызвав инерционный удар головой, и что вообще произошло с его телом и ростом? Он пробегал вдоль сладких розовых улочек, совершенно не замечая прохожих. Взгляд в зелёных очках был нервным, напуганным. Когда он выскочил из города, остановился недалеко от речушки, чтобы наконец увидеть своё отражение. Лучше бы не смотрел... слабое, хоть и припухлое тело, низкий рост, и даже неприятный писклявый голос: — Я вам не пискля! — тревожно и ещё более пищаще заявил Вару. В отличие от Пика, в голове Вару не было воспоминаний Джокера. Единственное, что Джокер в нём изменил — воздвиг его неуверенность, ярость и прозорливость в абсолют. Он совсем недолго думал о своей новой ноше — отравленный Джокером разум норовил совершить очередную пакость. Потому, слегка отдышавшись, Вару вновь помчался в город. Подворовывывая из ларька "Сладкого Карамэо" по пути, Вару заявился в центральный замок. Фелиция в деловой рубашке, юбке-карандаш и с соломенного цвета кудрями встретила коротышку в одном из коридоров. — Уважаемый, вы из Варуленда? Это частная территория. Если вам необходим ночлег, обратитесь к распределительному центру. — обратилась та с пониманием кивая. — Кхем! У меня, вообще-то, архиважное поручение от посольства! И нужно видеть всех-всех главных! Особенно Ромео! — пропищал-прохрипел Вару — Кхм. Подождите, а вы не знали что Ромео... — замешкалась Фелиция. Тут зрачки Вару расширились. Да уж, не стоило приходить совсем не разузнав обстановки. Тут дверь коридора скрипнула и в замок ввалилась Эмма. — Фелиция, — слегка аляписто, говоря то ли о ней, то ли о стране рождения, пробухтела дама — я правда уже задолбалась! Этих кадров и толпа личного гарема Ромео не может уговорить! А это при том что вокруг тёплые спокойные земли! Ох уж эти сраные отдыхающие толстосумы... А это у тебя кто? Из Варуленда? — Эмма резко подошла к стене и выхватила висящую на ней трофейную саблю. — Говорит что из посольства. Просит Ромео... — сама не понимая о чём говорит, ответила Фелиция пожимая плечами. В ответ Эмма гулко заржала. — Пхах, посольство? Я помню как ходила на поклон к Вару, прося о представительстве. Так эти повёрнутые на зелени ублюдки развернули меня, со словами "Хрен вам!" Да даже хорошее отношение с Империей для них не было аргументом! Якобы мы "недострана, посольства недостойная"! Пока Вару вспоминал, что вправду отказал от создания посольства, Эмма повесила оружие назад и схватила Вару за грудки. Учитывая низкорослость, Эмма даже слегка подняла его над землёй. — Эй, ты! Детство в заднице играет? Значит пойдёшь на вылазку в Тёмный Лес! Если откажешься, кину в каталажку! Ближайшие сутки прошли как в тумане: сборы с Фредериком, поход, разведённый под ночь костёр и спокойная ночь, озаряемая блеском вампирских клыков. * * * Клыки Пика без сопротивления вонзились в пухленькую шею коротышки. Тот успел разве что взвизгнуть во сне, а через минуту проснуться, готовым служить как и остальные вампиры-подданные. Фредерик и Эрика уже помогали обращать остальных веронок в вампирский клан. Стоит упомянуть, что вампиры в нашей истории работают довольно созависимо друг от друга. Чем старше вампир, тем он сильнее, а чем ближе вампир в цепочке к Графу, тем он могущественней. Тот, кто сделал человека вампиром, может как управлять, так и отказаться от этого права. На данный момент Фредерика контролирует Пик, а Эрику контролирует Фредерик. Однако Пик, как Граф, имеет власть над всеми, даже не подконтрольными ему вампирами. По сей причине Пик особо не переживает, когда его подданные присваивают потомство себе. Как бы то ни было, они выращивают ещё больше жителей его поместья, ведь деться вампирам некуда. Оставшиеся три девушки-веронки были одними из участниц личного гарема Ромео. Он назвал их красивыми именами цветов — Маргарита, Фиалка, Лилия. Учитывая их изначальную принадлежность, те были довольно бесполезны в любых делах. Максимум, что можно было поручить им — работа по дому, развлечения на курорте или подобные исследовательские походы. Однако зарождающийся вампирский род не скупился на любой человеческий ресурс. Как только все вампиры поднялись, непонимающе смотря на своих новых сородичей, Пик поручил им отправляться в поместье. Луна сияла в небе, с каждой секундой приближая небосвод к рассвету. По примерным расчётам графа, к возвращению в поместье прошла уже половина ночи. Пик собрал новообращённых вампиров в главном холле. Холл, как и само по себе поместье, был исполинских размеров. По примерным оценкам Пика, что снова окинул взором своё жилище, суда поместится сотня, а если расселить в гостинных, то и до пятисот человек. — Высшие существа! Добро пожаловать в наше родовое гнездо. С этого дня вы — полноправные вампиры Дома Пиков! Можете обращаться ко мне по всем вопросам. Я буду обучать вас вампирскому делу — всему, о чём знаю сам. Вы юны и неопытны, в ваших головах... Так, о чём это я? — Пик встрепенулся, словно вспомнил о чём собирался сказать — Вампиры — осторожные существа. И на самом деле я не очень рад нашему положению, как, вероятно, некоторые из вас. Знайте — наш общий враг это Джокер! Он заколдовал меня, сделав таким, вынужденным пить кровь... Так что нам требуется выжить и приспособиться. Запомните, меня зовут граф Д... Кхм. Меня зовут Пик. После краткого брифинга новые жители поместья отправились осваивать свои комнаты. Фредерик приказал Эрике идти с ним, троица девушек-вампирш начали изучать комнаты прислуги (Пик поручил им следить за поместьем), а низкорослый Вару, которого Пик не узнал, подошёл к графу: — Пик, слушай... Это я! Я — Вару! Пик, задумчиво посмотревший на бледно-зелёного коротышку, был в некотором замешательстве. С одной стороны он точно знал что Джокер что-то с делал с каждым правителем, но... — Чем докажешь, учен... тьфу. Вару? — Ну как же! Я тот самый великий правитель, создал бабки, твой дорогой друг. — Я никогда не считал тебя другом. Ты заносчивый. — Вот! Я всегда над всеми подшучивал! — ответил Вару немного обидной интонацией. — Угу. Это же все знают. Когда Куромаку не смог прийти, что он сделал? — Он... Да какая разница? Ты что, не веришь? — глаза Вару были на мокром месте. Ему никогда не нравилось вспоминать о своих унижениях и неудачах. Но, поймав недоверчивый взгляд Пика, тот стиснув зубы, ответил — он шибанул меня током. Доволен? Пик ухмыльнулся, но не своей обычной мужицкой улыбочкой, а скорее кошачьим оскалом Джокера: — Отлично. Верю тебе, Зелё... То есть, Вару. Что же он с тобой сделал? — Он? Ты о Джокере? Значит, этот ублюдок виноват? Разнёс весь мир, поменял нас... Ублюдок! Он у меня очки спёр! Превратил в жирного урода! А тебя так и вовсе в чудище! Пик, явно слегка не в себе, грузно глянул на Вару. Валет растерянно произнёс: — Ой, ладно, прости! И да, всё же мы в одной лодке — просиял он клыкастой ухмылкой. — И да, раз уж признал меня, может снимешь с меня подчинение? Мне немного некомфортно. — Ладно, только без моего ведома ничего не твори — немного нервно ответил Пик и мысленно разорвал контролирующую связь — А теперь мне надо отдохнуть. Пока обживайся, а следующей ночью придумаем, что нам делать дальше. Запасами крови занят Фредерик, как начнёт мутить, попроси у него. И не выходи пока на улицу. Уже светает. Два пиковых правителя разошлись по своим комнатам. Вару заснул почти сразу, будто и не проспал пару недель в сундуке. А в голову Пика сон так и не шёл. «Ночь 1, продолжение. Меня зовут Пик. Не знаю, что на меня нашло. Сначала инстинкт погнал добыть свежей крови. Я думал, если напьюсь, то всё остановится, но с появлением сородичей всё стало хуже. Почему я отношусь к ним, как к нерадивым детям? Желаю обучить и вырастить их, забывая о действительно важном? Джокер... Хренов Джокер! Что ты сделал с моим разумом? Я рад за Вару. Он до сих пор ощущается адекватным и если я сойду с ума на этих всех учениках, он сможет помочь. Я надеюсь, поскольку не знаю насколько можно доверять и самому Вару, и сущности Джокера в нём. ... В голове роятся десятки планов о развитии поселения. Наверное, этим правда стоит заняться. Мне нужны силы и как-то защититься от моего же оружия, которое на данный момент есть у всех государств... Даже у Вероны, посредством сотрудничества с Пиковой Дамой, есть достаточно мощи чтобы разрушить поместье. Придётся договариваться с ними. Или придумать иное решение... ... Уже светает, а я всё не могу уснуть. Солнечный свет не так опасен для меня, но всё равно сжигает кожу. Попробую уснуть. Главное утром не забыть, кто я.» Пик вырвал лист из книжечки и размашистым подчерком вывел напоминание: «МЕНЯ ЗОВУТ ПИК.» Клякса на месте точки уже не волновала его. Сон наконец заявил своё право.

Граф Джокер проснулся в своих покоях на вершине замка в тёмном лесу. Поднимаясь из гроба в котором спал, тот потянулся и осмотрел комнату. Ему показалось странным, что он отлично помнит это помещение, хоть никогда в нём и не был. Вокруг было чисто, опрятно, но окна были закрыты плотными стальными ставнями. Приоткрыв одну из них он заметил, что на улице начало ночи. Также он увидел, что находится довольно высоко. Весь антураж напоминал готическое поместье, хотя другие его части в темноте было не видно. — Что это с моими руками? — поинтересовался не своим, очень басовым и грубым голосом Джокер и вышел в ванную, подойдя к зеркалу. В отражении никого не было. Джокер пробасил: — Что? Значит я вамп... стоп. А ведь точно. Вампир открыл шкафчик под зеркалом и достал особую мазь, которой растёр тело. В отражении на Джокера смотрел Пик с удлинёнными, вампирскими клыками. — ЧТО?! ЭТОТ УБЛЮ... Ахахаха! Ахахаха! Пик схватился за волосы. Он не мог понять, кто он на самом деле — Пик или Джокер? Он попытался вспомнить, что было до пробуждения. Воспоминания всплывали, как из тумана. Вот он собирается на тест нового оружия... А вот он же, крадёт Генератор из хранилища! — Тварь! Как я посмел... Или он... Пик в замешательстве ударил по тумбочке. Напрягая осколки чужой памяти, он наконец достал нужный кусок информации. Вернувшись в спальню, граф достал записную книжечку, перьевую ручку с чернильницей и начал писать: «День первый. МЕНЯ ЗОВУТ ПИК. Этот ублюдок решил разделить себя на части и подселить в каждого из нас. Он сделал меня ВАМПИРСКИМ мать его ГРАФОМ. СВОЛО...» Перьевая ручка дрогнула и в конце слова осталась жирная клякса. Пик нервно вдохнул, но вместо того чтобы взорваться, так же нервно выдохнул. Некоторое время он просто размеренно дышал, пытаясь себя успокоить. На стене висела картина в готической стилистике, на которой Пик в своей изначальной форме пожимал руку клыкастому Джокеру на фоне поместья. Они оба выглядели очень довольными, что на минуту ещё сильнее разозлило Пика. Вернувшись к листу бумаги, тот продолжил: «Сейчас у меня в планах выйти на улицу и прогуляться. По всем канонам, вампирам не место днём. А сейчас хотя и довольно безлунная, но ночь. К сожалению я даже не знаю, что случилось с остальными. Этого в моей памяти нет.» Пик вышел из поместья, спустившись по винтовой лестнице. Проходя мимо он видел и другие спальни, и огромную гостинную, и кухню. Все эти комнаты были пусты. Граф начал задумываться, как будет ухаживать за таким огромным домом. Один он точно не справится. Улицу окружал тёмный лес. Вдохнув ноздрями воздух, Пик учуял странный, манящий запах. Пахло кровью. * * * Верона, хоть и являлась частью Фелиции, никогда не была территориально с ней связана. Белая пустота разделяла их на километры. Следовательно, после Катаклизма Верона значительно отдалилась от своего сюзерена. Совет Дев, сформированный после принятия вассалитета, управлял этой частью страны и даже мог обеспечивать автономию. В Верону переехало множество жителей Фелиции — это стало чем-то вроде курортного города. Местные жители и жительницы предлагали жильё, развлечения, услуги и сладости, а отдыхающие же просто наслаждались окружающих их раем и прекрасными девушками. Хотя Ромео и считался главой Совета, он там был скорее талисманом. Каждый день он играл роль "Весёлого вождя", развлекая прибывший народ и устраивая экскурсии по замку. Его устраивала такая жизнь, Веронки всё ещё в большинстве любили его и замок был в его распоряжении. Единственное, нужно было мириться с остальными Девами. В Совет входили четыре девушки: Министр продовольствия Бернадетт с самого зарождения страны работала в местной пекарне. Мечтала быть приближённой Ромео, но разочаровалась после его побега. Министр здоровья Хелен — одна из бывших знатных дам с своими покоями в замке. Она никогда особо не интересовалась Ромео и даже до побега предпочитала проводить свободное время попивая чай с прислугой. Из-за своей доброты и лидерских качеств её прозвали Червовой Дамой. Министр внутренних дел Фелиция — одна из уроженок страны Феликса. Благодаря своему мастерству стала ставленицей Феликса в местной власти. Однако, влюбилась в Верону и стала основной силой в развитии местного туризма. И наконец, министр внешней политики Эмма. После побега Ромео, это она сплотила всех жителей и обеспечила им приют в Пиковой Империи. По возвращении на родину она изменилась больше всех — за чёрные короткие волосы, упрямый характер и уменее убеждать, её прозвали Пиковой Дамой. Благодаря Совету Дев Верона быстро оправилась от последствий Катаклизма. Хотя с его начала прошло лишь несколько недель, исследовательские вылазки обнаружили месторождения полезных ископаемых и природного газа, который местное посольство Курограда уже обещалось использовать для повышения уровня жизни граждан. Туристы из Фелиции и прочих стран, осознав, что они возможно навсегда останутся здесь, вызвались помочь. Такими темпами исследовательские группы практически избавились от неравенства пола. Одна из таких групп и отправилась на исследование Тёмного Леса. Чёрные, словно угольные, дубы раскидывались плотной кроной, через которую не проникал свет затянутой тучами луны. Участники отряда исследователей без страха развели костёр — они ещё ни разу не встречали тут опасных для себя хищников, а вероятность встретить других людей стремилась к нулю... ...однако Пик уже мчался на зов крови. Пробираясь сквозь деревья и кустарники словно кот, граф цеплялся за кроны и таился во тьме, выслеживая добычу. Охотник быстро обнаружил разведёный костёр. «Двое мужчин. Четыре женщины. Один не спит. Караульный. Напуган. Сыграю на эмоциях.» Хищно скалясь, Пик, свисая с кроны, пошевелил туфлей кустарник под собой. Его движения совершенно не контролировались разумом, тело и осколок Джокера внутри просто гнали его, абсолютно машинально, к новой, свежей крови. Голод затмил его взор и отнял контроль, оставив лишь тропку к единственной цели. Неспящего охранника звали Фредерик. Уроженец Фелиции с пшеничными глазами и волосами, не знавший тьмы, собирал в своём разуме причудливые мозаики тёмных образов вдалеке. Резкий шорох напугал Фреда ещё сильнее. Он старался успокоить себя, что это какая-нибудь полёвка пробежала, или черепашка проснулась в кустах. Только вот любопытство строило из тени ещё более страшные и чудные образы. С каждой секундой оно пожирало Фредерика и тот, не выдержав, подошёл к дереву. — Ну вот же, ничего н... — только и успел пробормотать фелициец, когда граф Пик резко влетел в него и, закрыв рот рукой, вонзился в его горло. «Попался.» — только и успел сказать голодный разум Пика. Клыки впивались в податливую плоть, неизвестным науке ядом проникая в рану и обесцвечивая кожу жертвы. Рот же жадно глотал текущую жидкость, в которой отголоском плескалась сила Генератора Вероятности. Однако, это были не все изменения. Клыки жертвы резко заострились, а глаза налились жёлтым, хищным светом. Фредерик тоже стал подобным Пику, вампиром, готовым служить своему старшему. Рана пылала большими, уродливыми углублениями. Нервно схватив ртом воздух, лежащий Фредерик в панике схватился за шею. — Не смей кричать, слуга. — полушёпотом произнёс Пик. — Я слишком серьёзно тебя ранил. Можешь восстановиться, выпив крови своих соратников. Крадись тихо, мы должны обратить каждого. Фредерик оскалился своей новой ухмылкой. В его глазах больше не плескался страх. Быть вампиром — великая честь, особенно происходящим от Графа. Это знают даже новорождённые вампиры. Он видел в Пике не только своего господина, а источник невероятных возможностей. Веронки... Те уже давно не те прекрасные и любвеобильные девушки, что были раньше. Эрика — глава их экспедиции, красивая веронка с малиновыми волосами и голубыми глазами, задравшая нос и совсем не обращавшая внимания на ухаживания бедного фелицийца, что подрабатывал в Вероне подсобным рабочим. Но теперь то всё изменится. ...И Фредерик аккуратно вонзился в её плоть, высасывая кровь и оставляя лишь пару аккуратных дырочек от клыков. Во славу молодого вампирского рода!

Полевые испытания в Пиковой Империи были ежедневным, уже рутинным занятием. Самый большой завод Карточного Мира бесперебойно производил снаряды и оружие, а также тестировал новое, более пробивное. Пик не оставил попыток выбраться за купол. Куромаку помогал в тестах финансово и информационно — на месте испытаний тут и там сновали учёные-куроградцы и высчитывали формулы на планшетах. Хотя многие были удивлены, что Пик не пришёл на испытание новинки вооружения, никто не подавал виду — мало ли, чем более важным был занят император. Снаряд влетел в невидимую грань Мира и... ...как обычно, стена не поддалась. Однако, учёные забегали очень встревоженно: — Показатели странные! Словно ничего и не взрывалось! — Надо ещё раз перепроверить... — Да не могло тут быть ошибки! Вдруг из грани купола послышалось: — М-м-м... Ням! С каждым разом империя Пика кормит всё вкуснее! Я так растолстею! Ихихихи! Тук-тук! Граница купола пошла трещинами. Шокированные учёные, военные, изобретатели, смотрели на расширяющуюся трещину, что устремилась не только в потолок, но и по земле. Огромная царапина пронзала купол насквозь, открывая пустоту снаружи. — Спасайся, кто может! Учёные, поднявшие гам, шмыгнули в грузовик и дали по газам. Вовремя — на месте где он стоял секунду назад, пошла трещина. Остальные тоже вбегали в машины, но хватило их не на всех. Рядовой Кайвен, один из оставшихся, отбежал от трещины и рухнул на землю. — Чёрт! Нога... — Кайвен споткнулся о странного вида камень. Камень? Он глянул на белоснежный пол, из которого, словно поднимаясь, заменяя всё пространство, возникала трава, земля, камни... Внезапно землю тряхнуло, а из провала, из "трещины" в земле начала подниматься лава. Кайвен подскочил и ринулся со всех ног прочь. Как его учили — убирался трусцой от опасности, с которой не совладать. Он пробегал траву и кусты, поля и деревья, пока не очнулся от поглощающего страха. Он стоял на лесной опушке а над головой ярко горело солнце. — Тут же недалеко был город... Где я? * * * Трещина ползла всё дальше. Она рассекла весь Карточный Мир на сегменты, очерчивая собой границы литосферных плит. Наткнувшись на горную гряду Сукхавати, та будто ударилась и обогнула её по контуру. Подземную реку залило огненной лавой и обвал окончательно похоронил единственный выход для жителей. Пройдя через Поле Вопросов, лава вытекшая из трещины, поглотила цветные знаки. Кеунтар, находящийся в пространстве под Полем, но, парадоксально, над белым низом карточного мира, начал обретать форму. Сжатое пространство со всеми его жителями словно вдавилось в новоявленный камень, а над головами жителей поселения выросли исполинские сталактиты. Выход для отныне подземного народа тоже был обрублен. Зонтопию трещина пронзила насквозь, разделяя на два полукруга целую страну. Образовавшаяся почва под полом двух половин государства сама разнесла их как можно дальше друг от друга. — Что происходит?! — кричали жители стран, разбуженные землетрясением и новым солнцем. — Что нам делать?! — вопили запертые в своих странах, или наоборот потерявшие свои государства подданные, что путешествовали по белому листу. — Что говорят данные? — спрашивал сбежавший от трещины исследователь Пиковой Империи своего наставника, учёного из Курограда. — После того, как купол треснул, весь мир обрёл форму! Судя по нашим измерениям относительно нового Солнца, теперь наш куполный мир превратился в планету, площадью в разы больше привычного нам мира. Страны и белые места очень удалились друг от друга. Доставай антенну! Будем ловить радиосигналы... * * * После первой волны паники страны захлестнула вторая. В Кеунтар, Курограде, Фелиции и Вероне советники тут же оповестили о пропаже властителей. Совет Варуленда решил умолчать о исчезновении Вару, а сёгун Пиковой Империи запретил советникам сообщать о потере Пика. В Зонтопии царил хаос, с обоих половин народ устраивал бунты, таился в храмах и даже не находил время на помыслы о правителе. Главный Храм, в котором жил Зонтик, был рассечён трещиной на две части. Лишь в Сукхавати было спокойно. Словно в колыбели, под землёй спокойно ютилась защищённая от вражеского влияния энергия.

Этот день в летописи Карточного Мира значится, как нулевой. И скоро он будет окончен. Королевства клонов жили своим чередом. Фелиция решила свои проблемы благодаря вмешательству кадровиков Курограда. Феликс остался императором страны. Запустелая Верона уже давно стала небольшим райончиком Фелиции, а Ромео возглавил правящий там Совет Дев. Варуленд сбросил очки, и под предводительством Президента Вару изобрёл единый валютный стандарт, тем самым за наёмные силы и ресурсы отстроил город до конца. Зонтопия так и осталась в неведении истинного правителя — Зонтик из тени взял власть над церковью в свои руки, приструнил Алебарда и теперь больше учавствует в решениях государства. Кеунтар процветает — лучшие ремесленники собрались в Поле Вопросов, а Габриэль мирно живёт в огромной библиотеке, передав бразды правления своему советнику Ветину. Сукхавати живёт в спокойствии, но с недавних пор Данте построил подземную реку, по которой удобно пересекать горные гряды и экспортировать прекрасный чай. Куроград на своём пике, каждый может приобрести робота в одном из его посольств. Пиковая Империя занялась продажей оружия. Теперь никто не рискует напасть друг на друга. Вооружение не угрожает, а лишь сдерживает пыл некоторых воинственных правителей. — Разве не прекрасно, друзья? Какой великолепный мир! Но разве это не скучно? Так давно не проводились съезды правителей, некоторые даже не притрагиваются к своим Генераторам... словом, плохо и скучно! Скучно и плохо! Благо, я знаю как сделать всё веселее. Резко, как по щелчку, все Генераторы исчезли из мест их нахождения, переместившись к Джокеру. — Друзья, вы не представляете как долго я к этому готовился! Сначала нужно было накопить энтропию генераторов чтобы воплотиться, потом чтобы вернуть часть сил... бррр! Но сейчас вот они, все шесть уцелевших! *Будь он проклят, Данте...* Теперь то я смогу вдоволь повеселиться! Джокер активировал все генераторы разом, высвобождая и впитывая их энергию. Заливаясь хохотом, он наполнялся силой, а через секунду... исчез. Оболочки-генераторы рухнули на землю, совершенно опустевшие. Первыми потерю генераторов ощутили жители Фелиции. Всем известное солнце, которое и так работало в режиме экономии, потухло. Феликс, удивлённо вышел на улицу и запрокинул голову вверх. Удивлённый вышедший за ним Франц поправив очки, хотел что-то спросить, но не успел. Феликс просто испарился... * * * Каждый правитель своей страны исчез вслед за генератором. Они были напуганы, растеряны. Однако, Данте ощущил отток чуть заранее. До тех пор, пока сила Джокера не высосала его энергию, он пустил финальный импульс вглубь скалы. Он надеялся, что это поможет его стране. Габриэль же, чувствительный к энтропии Генераторов, лишь улыбнулся. Он знал, что не умрёт. Что будет интересно. Всё же, это так в духе Джокера.