Почему человек бывает одинок. Вот что я поняла, оставшись одна

Первую зиму без Коли я узнала, что такое одиночество не из книжки, а по-настоящему. Сварила суп, хороший, с фрикадельками как он любил. И стою над кастрюлей и хочу кому-то сказать — Коль, смотри, получился. А сказать некому. Дети в других городах, подругам вечером неудобно звонить по пустякам, а по пустякам-то как раз и хочется. И вот тогда я впервые в жизни задумалась — а почему человек вообще бывает одинок. Мне было пятьдесят два, и до этого я как-то над этим не думала. Некогда было. Сейчас мне пятьдесят семь, год хожу к психологу, и кое-что для себя поняла. Может кому-то покажется ерундой, но для меня это важно. Оказывается, одиночество бывает разное. Я раньше думала, что оно одно на всех. А их несколько, и путать их нельзя. Есть одиночество простое, бытовое — когда некому позвонить. Некому сказать что суп получился, некому пожаловаться на поясницу, некому крикнуть из кухни — иди чай пить. Это когда рядом просто физически никого нет. А есть другое, похитрее. Когда людей вокруг полно, а всё равно одиноко. Я это на внучкиной свадьбе поняла — сидит полный зал, все родные, музыка играет, а я сижу как за стеклом. Потому что того, с кем я это всё сорок лет делила пополам, рядом нет. И вот одиночество среди людей — самое обидное, потому что снаружи его не видно. Тебе говорят — ну ты же не одна, вон сколько народу. А внутри пусто. Вот я и думаю — почему так бывает. По крайней мере как я это сейчас, из своих лет, вижу. Первое и самое понятное — утрата. Кто-то ушёл, и место рядом опустело. Тут ничего мудрёного. Умер муж, или дети выросли и разъехались, или сам переехал в другой город, и все прежние связи оборвались. Это одиночество честное, его просто надо прожить. Но есть причины и не такие явные. Вот я за собой заметила — мы с возрастом разучиваемся сближаться. В молодости-то как: двор, скамейка, соседки на лавочке, в очереди в поликлинике разговоришься с незнакомой женщиной и полжизни ей расскажешь. А потом как-то каждый в свою квартиру, в свой телевизор, и уже и не помнишь, как это — просто подойти и заговорить. Мышца эта, которой сближаются, она без работы слабеет. Ещё гордость. Ох, гордость. Я целый год не могла дочери сказать — Лена, мне плохо, мне одиноко, приедь. Всё храбрилась — у меня всё хорошо, не выдумывай. Потому что казалось — попросить значит быть обузой. А по правде я просто боялась услышать, что она занята. Лучше уж самой, чем такой отказ. И обиды. У меня с родной сестрой десять лет холод из-за материного наследства — глупость несусветная, если сейчас посмотреть. А сколько таких, у кого рядом-то люди есть, да все в ссоре — и сидит человек гордый и один. И ещё причина, про которую в моём возрасте не говорить нельзя. Иногда человек одинок оттого, что всех пережил. Мужа, подруг, сестру. Приходишь на кладбище — а там уже знакомых больше, чем среди живых. Это тяжёлое одиночество, и его не выбирают. Что мне помогло — расскажу, вдруг кому пригодится. Первое. Я перестала путать одиночество с ненужностью. Это психолог мне сказала, я три дня ходила и думала. Она говорит: Татьяна Сергеевна, то что вы одна вечерами — не значит, что вы никому не нужны. Одиночество — это про то, что рядом сейчас пусто. А ненужность — это уже то, что вы сами себе в голове дорисовали. И правда ведь, напридумывала я, что раз одна — значит никчёмная. А это совсем разные вещи. Второе. Маленькие связи. Я долго ждала, что одиночество вылечит какое-то большое событие — приедет вся семья разом, или объявится закадычная подруга. А спасли меня мелочи. Соседка тётя Валя, с которой мы просто чай пьём. Группа при поликлинике, куда такие же немолодые ходят и ничего особенного не делают, просто рядом побыть. Внуки по субботам. Психолог раз в неделю. Ни одно из этого само по себе не спасение — а вместе они как ниточки, и держат. Третье. Разрешить себе горевать, а не бежать от одиночества любой ценой. Меня же все гнали — Таня, запишись на танцы, Таня, найди хобби, Таня, не сиди дома. А мне сперва надо было просто отгоревать. Нельзя одиночество после утраты сразу заткнуть кружком макраме. Сначала поплакать, сколько нужно, а уж потом танцы. И вот что я поняла не сразу, самое трудное. Одиночество можно наполнить — но не всегда выходит вылечить его компанией. Можно сидеть в шумной комнате и быть одному. А можно тихо пить чай с тётей Валей вдвоём и не быть одинокой ни капли. Дело не в том, сколько вокруг людей, а в том, есть ли между вами хоть одна живая ниточка. И ещё скажу, только осторожно, потому что не врач и врачом себя не выставляю. Одно дело — когда тебе одиноко, грустно, но ты всё равно выходишь во двор, звонишь дочери, радуешься внукам. Это одиночество как полоса, её проходят. А другое дело — когда совсем не хочется вставать, никого не хочется видеть, и жить будто незачем, и тянется это неделями. Вот это уже, мне кажется, не одиночество вовсе, а что-то потяжелее. Раньше говорили — хандра, само рассосётся. А оказывается, не всегда само. Если у вас или у близкого так — это не стыдно и не блажь, это к врачу или к психологу. Я сама почти год боялась прийти, думала — что я, ненормальная какая. А оказалось — вовремя пришла. Вот сижу сейчас, вечер, за окном темно. Одна. Но уже не так, как в ту первую зиму. Суп варю, и если хочется сказать — Коль, смотри, получился — то и говорю, вслух, в пустую кухню. И знаете, не страшно. Он бы не обиделся. Не знаю зачем всё это написала, но пусть будет. Если вам сейчас одиноко — вы в этом одиночестве не одни, как ни странно это звучит. Всем добра 🙏🌸