Кобеновский конвейер добрался до Америки
Netflix давно оформил Харлана Кобена как подписку. Каждые несколько месяцев платформа достает из шкафа очередной его роман про благополучного человека, у которого однажды звонит телефон - и прежняя жизнь осыпается, как декорация на честном слове. "Я тебя отыщу" идет по этому каталогу тринадцатым номером и оказывается первым, распакованным на американской земле: до сих пор Кобена аккуратно перекладывали на Францию, Польшу и другие европейские рынки, а тут вдруг Бостон, тюрьма где-то в Мэне и герой, которому проще сбежать из-за решетки, чем дождаться, пока система заметит собственную ошибку.
Завязку перескажу ровно настолько, насколько ее не стыдно печатать на обложке. Бывший преподаватель права Дэвид Берроуз пять лет сидит за убийство трехлетнего сына, которого не убивал, и в какой-то момент получает фотографию, где мальчик выглядит вполне живым. Дальше - восемь серий поисков, погони и очень сосредоточенного лица. На этом сюжетные обязательства заканчиваются, потому что весь остальной механизм собран по чертежу, который Кобен выдал студии еще двенадцать сериалов назад.
Чертеж, надо отдать должное, крепкий. Восемь серий по сорок с небольшим минут нарезаны так, чтобы ты ни разу не успел заскучать и ни разу не задумался всерьез: каждая заканчивается ровно там, где рука сама тянется нажать "следующая". Режиссеры серий - Брэд Андерсон открывает, дальше подхватывают Майя Врвило, Адам Дэвидсон и Мэгги Кили - работают в одной аккуратной интонации, будто их всех проинструктировал один и тот же человек с секундомером. Композиторы Дэнни Бенси и Сондер Джурриаанс подкладывают под это ровный тревожный гул, который в жанре давно работает как знак "тут положено напрячься". Собственно, весь сериал - крепкое жанровое ремесло без единой претензии на большее, и я говорю это без осуждения: жанр имеет право на добротную серийность.
С кастом история интереснее. Сэм Уортингтон в роли Дэвида отрабатывает ровно ту функцию, ради которой его звали: он большой, усталый и умеет молча смотреть в стену так, словно стена ему задолжала. Беда в том, что амплуа беглеца-одиночки давно приватизировал Лиам Нисон, и любой мужчина, обещающий с экрана кого-то найти, автоматически меряется с "Заложницей". До этого градуса угрозы Уортингтон недотягивает - его Дэвид скорее уговаривает мир вернуть сына, чем вырывает его силой. Бритт Лауэр досталась журналистка Рейчел, приносящая ту самую фотографию, и сценарий обошелся с ней сурово: весь хронометраж ей выделили одну эмоцию - тревожную сосредоточенность - и заставили нести ее из серии в серию, не подкинув ни одной сцены, где было бы что играть кроме этого.
Зато по краям кадра расставлены люди, ради которых стоит досидеть. Майло Вентимилья бродит по сюжету обаятельным бывшим Рейчел из семьи неприлично богатых Пейнов. Мадлен Стоу играет наследницу этого клана - и делает это с холодной царственностью, которой сериалу местами остро не хватает в центре. Клэнси Браун в роли полуотошедшего от дел мафиози появляется нечасто, но каждый раз забирает сцену просто фактом своего присутствия. Критик во мне всегда радуется, когда второй план играют лучше первого, - это как прийти на концерт ради хедлайнера и залипнуть на разогреве.
Что до драматургии, тут работает старое кобеновское правило: тайна должна разворачиваться быстрее, чем зритель успевает задать неудобный вопрос. Работает - до определенного предела. Сериал похож на детектив, который читаешь в поезде: к третьей станции ты уже примерно знаешь, кто и зачем, но выходить все равно на конечной, так что дочитываешь скорее по инерции, чем из азарта. Повороты тут расставлены с точностью метронома, и каждый честно отрабатывает свою минуту, но ни один не заставляет пересмотреть предыдущую серию другими глазами.
Вот здесь я не выдержал и хмыкнул - ближе к финалу, когда сериал старательно делает вид, что развязка стала для кого-то громом среди ясного неба. Кобен слишком любит своего зрителя, чтобы всерьез его обмануть: все ружья висят на виду, все они выстрелят, и хеппи-энд прибудет строго по расписанию, заслуженный и предсказуемый одновременно.
Оценки, к слову, ровно про это. Около семи из десяти на IMDb, шестьдесят с небольшим процентов у критиков и у зрителей - середина, честно заработанная и честно ничем не выдающаяся. Ни одной номинации, ни одной сцены, которую захочется цитировать через год.
Смотреть можно. Пересматривать незачем. Ровно тот сериал, под который удобно складывать белье и не страшно пропустить реплику, отойдя за чаем. 🙂